— Не пойдет.

— Вы купите его на аукционе. Такое условие.

— Слушайте, нас. А зачем тогда вы берете магнитный грузовой отсек?

— Мы не берем, — ответила Лея.

— И не покупаем ваш хлам на аукционе, — добавил Хэн. — Мы ни с чем не соглашались. Мы не такие тупые, чтобы поднимать цену на ваш хлам.

— Так какие же вы тупые…

— Может, всего один…

— Нет! — крикнул Хэн.

Сквибы замолкли и в шоке уставились на него, нервно моргая. В конце концов, он поднял взгляд.

— Хорошо. Сколько у вас товара?

И началось: сквибы предлагали, Хэн и Лея отказывались, за один отвергнутый товар сквибы пытались предложить два других, переговоры неслись на скорости звука и были сложнее всего, что Лее только встречалось за годы работы новореспубликанским дипломатом. Когда они закончили, договор заключался в следующем — Хэн и Лея или их представитель будут предлагать цену на три товара по собственному выбору, максимальная цена будет определяться сложной формулой, основанной на объеме повышения цены, и у каждой стороны есть право на одну поправку к договору.

— И мы получим картину после того, как вы ее купите, — сказала Лея. — Хочу быть в этом уверена. Все трое кивнули.

— Конечно, — ответил главный. — Выполняете свою часть сделки — мы выполняем свою.

— Хорошо. Я Лимба, — Лея протянула руку. — Мне было весьма интересно работать с вами. Джаксал прав — вы отличные ребята.

Сквибы выпятили грудь.

— Вы поступили правильно, — сказал лидер. Он потерся щекой о ладонь Леи, затем о ладонь Хэна, затем ткнул пальцем в грудь: — Меня зовут Грис. А это Слай.

Он показал на второго сквиба, который тоже подошел и потерся о руки Хэна и Леи.

— А я Элама, — представилась третья. — Тви'лекки и похуже с нами обращались.

— Спасибо, — сказала Лея неуверенно. Хэн подождал, пока Элама потрется о его руку, затем задал вопрос: