— Слушайте, миссис, — потеряв терпение, сказал мистер Китт, — вам никто не запрещает приходить сюда с вашими альбомчиками или что там у вас еще есть, но не смейте соваться не в свои дела. Удачного вам дня. — И он устремился по дороге, которая вилась вдоль дальнего края прогалины.

Бабушка Кейт удержала за руку Сюзи, которая ринулась было за мистером Киттом.

— Дай я ему врежу! — воскликнула моя кузина. — Хоть один раз!

Бабушка рассмеялась и обняла Сюзи.

— Не трать на него время, — сказала она. — Он просто жадный идиот. Я все равно буду бороться за то, чтобы этот райский уголок был сохранен. Знаете ли вы, — продолжала она, ведя нас на другую сторону прогалины, — что, если бы в Голландии был такой уголок, голландцы объявили бы его национальным достоянием? Все их болота были полностью осушены. А теперь то же самое делают с нашими болотами — такие, как этот Китт.

— Ты должна была дать мне пнуть его, — пробормотала Сюзи.

— Он не стоит твоего гнева, — ответила бабушка Кейт, хотя я ясно видел, как от гнева тряслись ее собственные руки. Потом она вздохнула, достала из мешочка несколько карандашей и открыла папку для рисунков. — Когда-то довольно большая территория Ирландии была покрыта болотами, — продолжила она. — Теперь, когда их осушили и приспособили для добычи торфа, который вывозят за границу, мы рискуем к 2015 году остаться вообще без болот. Тогда исчезнут многие виды растений и животных. Этих людей просят оставить нам хоть немного. — Бабушка снова вздохнула и села на кочку, положив папку на колени. — Ну а теперь я немного порисую, пока еще есть, что рисовать.

Сюзи заглядывала бабушке через плечо.

— Необычно, — сказала она.