— Горячая?

— Она излучает какую-то энергию. — Ней короткое время изучал девушку оценивающим взглядом. — Именно поэтому мы ее и нашли. Это была чистая случайность… — Он освободил руку, и Талахасси отдернула ее назад, на колени. — Один из наших полевых агентов поехал в аэропорт, чтобы положить багаж в камеру хранения. У него был с собой счетчик Гейгера, и он вдруг защелкал. С помощью счетчика служащий обнаружил источник излучения в соседней камере. Тогда он вызвал меня. Мы взяли в администрации ключ от этой камеры и внутри обнаружили это.

— Радиоактивная, — пробормотала Талахасси. — Но каким образом…

Ней покачал головой.

— Не ядерная, хотя и обнаруживается счетчиком. Это что-то новое, но лаборанты не хотят превращать ларец в обломки…

— Я категорически против! — у Талахасси вызывал раздражение даже намек на такой вандализм. — Он, возможно, уникален. Его открывали?

Ней опять покачал головой.

— Здесь нет различимого соединения. И мне кажется, лучше его не трогать лишний раз до того, пока не будем хорошо понимать, что же имеем. Теперь — что это за жезл власти, о котором вы упоминали? Что это такое и где его нашли?

— В старых африканских государствах существовала безграничная уверенность, что дух народа может быть заключен в какой-нибудь особенный предмет. Война Ашанти с Англией сотню лет назад началась лишь потому, что английский губернатор потребовал себе королевский трон в знак изменения власти. Но по правилам даже сам король не мог сидеть на нем.

Сидя рядом на циновке на полу, он мог только прикасаться к нему предплечьем, принимая очень важное решение или во время коронации. Трон народа Ашанти заключал в себе силу всех родовых предков и был священным; он имел огромное религиозное, а также политическое значение, о чем англичане не попытались выяснить прежде, чем предъявили свои требования.