Джейсон улыбнулся.
— Шеф сказал бы, что дело обычное. Но я рад, что широкая публика иногда оценивает наши труды.
— Доктор Кэри приехал? — Сейчас Талахасси хотела только избавиться от чемоданчика и вычеркнуть из жизни это здание и этот день.
— Да, мэм. Он в личном кабинете доктора Гринли, на пятом этаже. Вам быстрее будет подняться на дальнем лифте, чем по лестнице.
— Я оставлю свою машину прямо здесь, — показал Джейсон. — Постараюсь вернуться как можно скорее.
— Все будет хорошо, мистер Роббинс. Никто не тронет ее там.
Талахасси торопливо направилась за угол и в лифт.
Джейсон большими шагами шел рядом с ней.
— Что-то ты вдруг заспешила, — заметил он.
— Я хочу скорее запереть это в сейф, — сказала она очень выразительно, о чем тут же пожалела, когда его левая бровь опять вопросительно поднялась.
— Хорошо, — добавила она в свою защиту. — Я не могу передать, что чувствую. Здесь.., здесь что-то не правильно.
Взглянув на нахмурившееся лицо Джейсона, она вдруг пошла медленнее.
— Пусть так. Я понимаю твое предчувствие как реальность.
Все это было подозрительно с самого начала. Где этот сейф?
— В кабинете доктора Гринли.
— Очень важно — не забудь сказать этому Кэри о желании Нея поговорить с ним.
Талахасси почти забыла о Нее. Теперь она надеялась, что сможет найти карточку в своей сумочке. Тревога, охватившая ее, абсолютно ни на чем не основывалась, кроме взвинченных нервов. Она, однако, чувствовала, что если не сможет избавиться от чемоданчика и того, что внутри, может случиться нечто ужасное. Это чувство было настолько острым, что она не решалась позволить Джейсону узнать его силу. Он мог бы подумать, что она лишилась рассудка.
Лампы в холле на пятом этаже были погашены, и их шаги по мраморному полу звучали отчетливо. Но Талахасси напряженно ловила другой звук — возможно, стук каблуков кого-то третьего. Убеждение — нет, это не могло быть просто убеждением, — что у них есть невидимый спутник, усилилось. Талахасси хмуро закусила губу и так и шла, собрав все свое самообладание, чтобы смотреть прямо вперед, отказываясь взглянуть через плечо, где ничего быть не могло.