Во-первых, я не знаю, сработает ли она. Это была главная проблема. Во-вторых, я понятия не имела, как организовать побег из тюрьмы, и вообще где эта тюрьма находилась. И, наконец, тот факт, что мы освободим нашего заклятого врага. Это достаточно опасно для меня, не говоря уже о Лисе. Все же столько, сколько идея беспокоила ее (а поверьте мне, это было), она твердо поклялась, что она поможет мне. Я предлагала освободить ее от обещания десятки раз в последние пару месяцев, но она твердо настаивала на своем. Конечно, учитывая, мы не могли даже найти тюрьмы, ее обещание в конечном итоге не имело значения

Я попыталась исправить неловкое молчание между нами, объясняя вместо этого, что я на самом деле означало, что мы могли бы отпраздновать ее день рождения на следующей неделе. Мои попытки были прерваны Стэном, одним из моих давних инструкторов. «Хезевей»! рявкнул он, выходя от руководства. «Любезно с твоей стороны присоединиться к нам. Заходи сейчас же!»

Мысли о Викторе исчезли из ума Лиссы. Она быстро обняла меня. «Удачи», — прошептала она. «Не то, чтобы нуждалась в этом».

По выражению лица Стэна я поняла, что десятисекундное прощание было на десять секунд дольше, чем нужно. Я с усмешкой поблагодарила Лиссу, и она пошла обратно, искать наших друзей на трибунах, в то время как я поспешила за Стэном.

«Тебе повезло, что ты не одна их первых» — проворчал он. «Народ даже сделал ставки на то, появишься ли ты».

«Правда?» — спросила я весело."И какие ставки? Я все еще могу передумать».

Его суженные глаза стрельнули в меня предупреждением, которое не нуждалось ни в каких пояснениях, когда мы зашли в область ожидания, смежную с областью, проходящую, за ней, трибунами, это всегда, в прошедших годах поражало, сколько проделывалось работы, для этих испытаний, и была не менее впечатленной и теперь, смотря на все это с близкого расстояния. Выкрикивающие новички, седели на сооружениях с козырьками, построенных из дерева.