Прю сочувственно улыбнулась и облокотилась о дверной косяк.

– Знаю. Ты все сделала для меня, Фиби, – Подтвердила она. – Я была так занята добыванием костюмов и оформлением сцены. Не знаю, что бы я делала, если бы ты не занялась моделями.

– Благодарность принята, – улыбнулась сонная Фиби, роняя голову на подушку.

– Итак, будет ли Никос среди прекрасных детей из колледжа? – поинтересовалась Прю.

– Ты же знаешь, – продолжала улыбаться Фиби, подпирая голову согнутой в локте рукой. – Он уже созрел для такого подвига. Когда я на днях спросила его на уроке, согласен ли он, он отвечал: "Пойми же! Греческий бог? Я? Ты, должно быть, шутишь!" Шикарный, талантливый и еще скромный. Парень должен стать моим дружком!

– Ну тогда тебе пора вставать, а? – погрозила Прю пальцем. Вдруг мягкое пуховое одеяло слетело с Фиби и оказалось на полу.

Фиби смотрела на пальцы своих ног. Затем сердито взглянула на сестру, которая, стоя в дверях, довольно ухмылялась.

– Телекинез до завтрака, Прю? – простонала Фиби, выскакивая из кровати. – Какая же ты ведьма.

– Скажи мне что-нибудь новенькое, – Прю расхихикалась. – А теперь побыстрее принимай душ. Затем поможешь мне с костюмами.

– Уф, день будет долгим, – ворчала Фиби, бредя к ванной. Она заглянула в зеркало и ахнула, увидев темные круги под глазами и вялые светлые локоны. Может быть, решение посмотреть телефильм, начавшийся в два часа ночи, было ошибочным, особенно если учесть, что сегодня у нее будет такая превосходная возможность пообщаться с Никосом.

– Кто знает – парень может оказаться твоим будущим мужем, – сказала она своему отражению в зеркале шкафчика с лекарствами. – Не упусти свой шанс.

– Да, верно, – смеясь, продолжала она и запрыгнула под душ.

Прю вбежала на кухню, неся охапку тонкой, как дымка, одежды. Пайпер не отрывала глаз от духовки, где пеклись три буханки медового пшеничного хлеба. Затем она принялась колдовать над итальянским салатом.