- Там повыше, - пояснил купец, - уважим мужиков в последний раз.

Он выбрал место, разметил могилу и, сняв дерн, отложил его в сторону.

- Сжигать не будешь? - спросил Олег.

- Не-е, мы своих не жгем - в землицу кладем. - Вторуша скинул рубаху, поплевал на ладони и взялся за мотыгу. - Вот, сложим мужиков, накроем, сопку насыплем, дерном обложим, камнем. Все как быть должно.

Дело у него шло споро - видать, купец не гнушался обычной работы, не только торговлей жил. Солнце уже жарило вовсю, пот с мужика катился градом, но он только смахивал тяжелые капли и не останавливаясь вгрызался в землю.

Олег предложил сменить, как устанет, но Вторуша покачал головой.

- Ты, если уж помочь хочешь, камней принеси.

- Сколько?

- А сколь принесешь - все и пойдет.

Прикинув размер могилы, Середин закатил на поле вторую повозку, снял часть товара и принялся нагружать ее булыжником. Он сделал две ходки, когда Вторуша сказал, что хватит. Выложив дно ямы небеленым полотном он по очереди перенес в нее тела мужиков, положил головой на запад, лицом на восток, постоял, в последний раз глядя на них.

- Эх, простите, ребята, не помог вам - чуть самого не заели, окаянные. Что я дома скажу, как перед родней вашей стану... - Вторуша смахнул слезу и накрыл тела полотном. - Ну, прощевайте, значит.

Он кинул в яму горсть земли, поклонился и принялся закапывать могилу. Терпко пахло срезанным дерном, свежей землей. Жаворонок заливался в небе, невидимый в синей вышине. Комья грунта падали на полотно, обрисовывая тела убитых. Сопел Вторуша - то ли от усталости, то ли от жалости к мужикам. Забросав могилу землей, он положил сверху дерн и стал обкладывать холм камнями.