Арчеру тем временем бросилось в глаза выражение лица умершего: из всех, кого он успел увидеть, лишь его лицо не было безмятежным. Напротив, черты его были искажены… землянин, пожалуй, назвал бы выражением ярости и – может, я подгоняю всё под привычные для меня понятия? – узнавания, точно в последний миг он понял, от чего умирает, и это привело его в бешенство.

– Есть кто-нибудь ещё? – тихо спросил Арчер у Т'Пол, занятой своим сканером.

– В этом здании – больше никого. Но приблизительно в пятистах сорока метрах к северо-востоку есть ещё один сигнал. Довольно сильный.

– А остальные?

– Других сигналов нет, капитан. Уже нет. На этом острове – больше никого.

Вы же сказали, что их одиннадцать, едва не сказал Арчер, но сообразил, что сомневаться в точности показаний сканера не приходится. Пока они добирались сюда, девять из этих одиннадцати умерли.

– Оставайтесь с ней, – сказал капитан Флоксу, тщетно пытавшемуся привести женщину в чувство. – Рид, Хоши, вы с нами. Надо найти последнего, кто ещё жив, и принести его сюда. Хоши, возможно, нам всё-таки понадобится переводчик.

– Какая интересная у них тут аппаратура, – пробормотал Флокс, не отрывая взгляда от пациентки, но Хоши согласно кивнула.

– Да, сэр.

Хотя они находились в центре города, Т'Пол привела их в строение, напоминавшее конюшню или коровник, где четвероногие животные, похожие на перекормленных ламантинов с ногами, лежали мёртвые в своих стойлах. На платформах над головой стояли контейнеры, в которых, видимо, хранился корм.

Животные были некрасивыми, но милыми, и то обстоятельство, что стойла были вычищены и устланы чем-то мягким, больно кольнуло Арчера. Тяжело видеть смерть разумного существа, сознающего, что оно смертно; но как-то особенно больно видеть смерть создания, не обладающего разумом, всецело зависимого от хозяев. Арчер невольно подумал о своём бигле, Портосе.