– Извините, капитан, – впервые за весь обед заговорила Хоши и отодвинула тарелку. – Мне что-то не хочется есть. – Арчер чувствовал, что она вот-вот встанет и, извинившись, уйдёт, но тут заговорил Трип.

– Вполне вас понимаю, – сказал он. – Если бы мне довелось увидеть то, что видели вы, я тоже потерял бы аппетит. Страшно видеть… столько смертей сразу. – Он предостерегающе глянул на Рида. – Не слушайте, что тут наговорил лейтенант. Такое случается далеко не каждый день.

Арчер отложил нож.

– Целый мир, – тихо сказал он.

– У меня есть теория, – сказал Трип. – Вулканцы в чём-то правы…

Арчер взглянул на него с подчёркнутой заботливостью и сказал, пытаясь внести в разговор шутливую нотку:

– Вызовите врача. У коммандера жар.

Трип шикнул на него и продолжал:

– Нет, я серьёзно. Они правы в том смысле, что технический прогресс захватил нас, землян, слишком быстро. От жизни в маленьких селениях, где каждый знал каждого, к жизни в мегаполисах мы перешли за каких-нибудь несколько веков – гораздо быстрее, чем наша шкура, в эмоциональном смысле, успела загрубеть. Подумайте над этим: эмоционально мы приспособлены жить маленькими общинами, где всеобщие трагедии случаются чрезвычайно редко. Смерть кого-то одного мы способны перенести, если у нас есть возможность оплакать его и при поддержке общины. Но за короткое время наши средства связи усовершенствовались настолько, что мы знаем теперь не только то, что происходит в нашем селении, но и на соседней планете, и на соседней с ней… Мы не приспособлены выдерживать все плохие известия.

– В этом есть определённый смысл, – кивнул Арчер, надеясь таким образом поддержать разговор.