– Но даже вулканцы разрешают убить ради самозащиты. Запретить это был бы абсурдно. У каждого есть право защищаться от того, кто хочет причинить ему вред, верно? Даже Сурак…

– Стоп, – сказал Трип. – Вот тут – стоп. Раннее учение Сурака подразумевало абсолютный отказ от насилия; очень по-гандийски, или как у ранних христиан – "подставь другую щеку". Если тебя убьют, другие займут твоё место и подымут голос в защиту мира. Но никогда ни на кого не поднимай руку.

– Что, правда? – заинтересовался Арчер.

– Вулканцы ни за что не признаются, но они постоянно препираются по поводу правильности интерпретации учения Сурака в этом пункте.

– И откуда у тебя такая секретная информация о вулканцах? – поддразнил Арчер.

– Не скажу, – отвечал Трип. – Не хочу светить источники. – Он помолчал и заговорил уже совершенно серьёзно. – Послушай, не торопись натягивать вожжи. Она, скорее всего, просто-напросто чувствует себя виноватой, даже если не хочет признавать этого. Дай ей время, и всё будет в порядке.

– Я дам ей время, – сказал Арчер. – Пока её настроения не представляют угрозы для безопасности моих людей и моего корабля. – Он едва не сказал "корабля моего отца" и лишь в последний момент спохватился.

Глава 3

"О-а-ни", – в который раз повторила Хоши, зачарованно глядя на экран просмотрового аппарата в маленькой лаборатории рядом с медотсеком. На экране застыло изображение туземца – того самого, из записи с предупреждением на высланном с планеты радиобуе.

"О-а-ни", – снова повторила Хоши, подражая звукам из динамика. После двух часов напряжённой работы, прослушав несколько записей – по нескольку раз каждую – ей удалось установить, что это сообщение предназначалось для всех кораблей, которые могли бы оказаться поблизости от поражённой планеты. И оани – так произносилось это слово – было название расы; планету же свою они называли Оан.