Итак, достигнув Святого Града и поклонившись святым местам, пришли они и в Гефсиманию, где было изображение Страшного Суда. Когда же юноша, остановясь пред сим изображением, смотрел на него со вниманием и удивлением, он увидел благолепную Жену, облечённую в багряницу, Которая стояла подле него и объясняла ему муку каждого из осуждённых и давала при том некоторые другие наставления от Себя. Юноша, слыша сие, изумлялся и дивился, ибо, как я уже сказал, он никогда не слыхал ни слова Божия, ни того, что есть Суд. И так он сказал Ей: "Госпожа! Что должно делать, чтобы избавиться от сих мук?" Она отвечала ему: "Постись, не ешь мясо и молись часто, и избавишься от мук". Давши ему сии три заповеди, багряноносная Жена стала невидима и более не являлась ему. Юноша обошел всё то место, ища Её, полагая, что это была обыкновенная жена, но не нашёл Её: ибо то была Святая Мария Богородица. С тех пор юноша сей пребывал в умилении и хранил три заповеди, данные ему; а друг воеводы, видя, что он постится и не ест мяса, скорбел о сём за воеводу, ибо он знал, что воевода особенно берёг сего юношу. Воины же, которые были с ним, видя, что он так себя ведёт, сказали ему: "Юноша! То, что ты делаешь, неприлично человеку, хотящему жить в мире; если ты хочешь так жить, то иди в монастырь и спасёшь душу свою". А он, не зная ничего Божественного, ни того, что такое монастырь, и соблюдая только слышанное от оной Жены, сказал им: "Ведите меня, куда знаете, ибо я не знаю, куда идти". Некоторые из них были, как я сказал, любимы аввою Серидом и, придя в монастырь, привели сего юношу с собою. Когда же авва послал блаженного Дорофея поговорить с ним, авва Дорофей испытывал его и нашёл, что юноша не мог ничего другого сказать ему, как только: "Хочу спастись". Тогда он пришёл и сказал Авве: "Если тебе угодно принять его, не бойся ничего, ибо в нём нет ничего злого". Авва сказал ему: "Сделай милость, прими его к себе для его спасения, ибо я не хочу, чтобы он был посреди братий". Авва Дорофей, по благоговению своему, долго отказывался от сего, говоря: "Выше силы моей принять на себя чью-либо тяготу, и не моей это меры". Авва отвечал ему: "Я ношу и твою и его тяготу, о чём же ты скорбишь?" Тогда блаженный Дорофей сказал ему: "Когда ты решил таким образом, то возвести о сём старцу [