– Не стирается! А вы говорите – манья-я-яки!

Саша и Рената взглянули на него, она – радуясь отсрочке, он – досадуя помехе.

– Ну, дальше, дальше! – подбодрил он. «Нукает», будто запряг…

– Ладно, – переборов себя, наконец решилась девушка. – Это не тот эпизод, о котором я люблю вспоминать…

– Ничего.

– Бизнес-леди из меня тоже никудышная. Однажды мы с папой сильно разругались, и я решила открыть свое дело, чтобы не зависеть от его указок… Впрочем, неважно, какие это были мотивы, важно другое: я связалась, с кем не надо. В итоге – крупные убытки. Все, чем владела моя фирма, пришлось спустить, но и тогда оставалось несколько клиентов-кредиторов, а они требовали компенсации, и проценты «тикали» со страшной скоростью… Тогда через одного папиного приятеля я провернула не очень чистую сделку… Не учла, что он – тертый калач и в любом случае выйдет сухим из воды, а я – это я. В общем, нагрела я кое-кого на нужную мне сумму, а отдать ее не успела…

Саша немного отодвинулся от нее:

– О-о-о! Да вы еще та штучка!

На глазах Ренаты показались слезы:

– Но… вы ведь меня не бросите?..

Телохранитель не ответил и отошел от трюмо. Игорь стал насвистывать какой-то мотивчик, активно подчеркивая, что не является участником разговора.

– Я потому и не хотела ничего вам говорить!..

Саша «переварил» информацию:

– А почему вы не обратились к отцу, предпочли проделывать все эти фокусы?

– Мне было стыдно. Сама понаделала дел, а папе отдуваться?

И к бывшему своему я не пошла за помощью, хотя и он, может быть, придумал бы что-нибудь. Он никогда бы мне не отказал, спит и видит, чтобы связать меня по рукам и ногам… Это было бы равносильно тому, что я пришла бы к нему с протянутой рукой. Озолотить озолотил бы, да только потом при каждом удобном случае давал бы понять, что я – его должник…

Саша отвернулся в окно. Затаив дыхание и не двигаясь, Рената ждала его решения.