Тут Саша отворил дверь. Он немного пошатнулся на пороге и прижал к губам носовой платок, словно его тошнило. Это было странно: Саша казался непробиваемым, словно гранитный памятник, точно «Каменный гость»!..

– Идем. Больше тянуть нельзя: слышите сирену? – он схватил Ренату за руку.

На первый этаж они спустились без приключений. Никто из соседей не осмеливался не то, что выйти, но даже выглянуть на площадку из-за своих дверей.

– Где машина?! – в ужасе закричала Рената, озираясь по сторонам.

– Тише! – Саша кивнул на соседний дом и, пропустив милицейский «уазик», неторопливо повел ее во двор.

Джип «Чероки», принадлежавший отцу Ренаты, был безобидно припаркован у одного из подъездов в тихом местечке. Вероятно, Саша или кто-то из погибших телохранителей отогнал его сюда, пока девушка не то спала, не то бредила.

Прикрытое кожаной курткой с меховой подстежкой, на сидении водителя темнело пятно крови. Отец был первым, кого убили эти люди, и сделали они это именно здесь.

Саша проигнорировал взгляд Ренаты, пронзивший его за то, что он слишком уж бесцеремонно уселся на куртку, а значит, на пятно, и ей ничего не оставалось, как упасть рядом.

– Скорее отсюда! – проскулила она.

– Торопиться будете, когда у вас блохи заведутся, – пробормотал Саша, выкатывая джип на дорожку и выкручивая руль. Казалось, этот процесс занимает его целиком и полностью.

Вначале Рената не сообразила, куда он держит путь, и ее осенило в самый последний момент:

– Мы что, в аэропорт?!

– Конечно.

– Мама дорогая! Но я же вам сказала, что не переношу высоту! Я умру еще на трапе! Я никогда не летала на самолете! Никто и никогда не заставлял меня летать на самолете! Слышите?!