Психиатр выдержал паузу.

   - А вот двое - двое из десяти тысяч действительно что-то слышат... Собственно, я мог бы сказать это вам уже на третьей нашей с вами встрече, мне с самого начала казалось, что вы не похожи на симулянта, но я всё же решил это проверить наверняка. Так вот - вы не симулянт. И сдается мне, что вы - один из тех двоих на десять тысяч. Я, разумеется, могу ошибаться, но я уже тридцать лет в психиатрии. Другого объяснения у меня нет.

  Я подобрал челюсть.

   - Вы... вы хотите сказать, что этот голос - не плод моего воображения? И я в самом деле слышу кого-то?

   - Кого-то или что-то, скажем так. Сейчас, подождите...

  Святослав выдвинул ящик стола и принялся в нем сосредоточенно рыться, что-то бормоча под нос. А я сидел и пытался подумать что-нибудь другое, кроме 'ну ни хрена себе!'. Оно конечно, я всегда думал о Голосе как о каком-то самостоятельном явлении, но в глубине души я был уверен, что дело - только во мне и ни в ком другом. И вот на тебе! Да нет, не может быть! Он, наверное, шутит. Я посмотрел на психиатра и увидел, что он держит в протянутой руке маленький прямоугольный листок - визитку.

   - Вот, возьмите, - Святослав положил визитку на стол, - пусть вас не смущает текст, это, скажем так, корпоративный стандарт. Можно и нужно относиться к их братии с подозрением, но она - не шарлатан. Она на самом деле умеет делать некоторые вещи, которые официальная наука считает несуществующими.

  Я посмотрел на визитку. Брать её в руки почему-то не хотелось. Визитка была ярко-красного цвета, с тонким черным узором. Стилизованным под готику шрифтом на ней было написано: 'Аделаида. Мастер чёрной и белой магии'. И, шрифтом поменьше: 'снятие и наведение порчи, любовный приворот, заклятия на удачу и богатство, гарантия результата, полная конфиденциальность'. Брезгливая гримаса сама собой наползла на мое лицо.