Ноги увязают в грязи, я теряю идиотские туфли на каблуке, мимоходом удивляюсь, как в такой неудобной обуви ходят некоторые люди, и думаю, что держался на ногах, таким бесчеловечным образом обутых, только потому, что я сверхъестественное существо. И наконец-то посреди грязного озера, более похожего на болото, вижу воришку. Я рад его видеть? Да просто неимоверно счастлив! Длинная зеленая змеюка слабо шевелится, дергает лапками, топорщит усы, пытается выкарабкаться из болота, да завязла. И больно ей, наверно. Ничего, сейчас станет намного больнее!

Меча у меня нет. И молниями я швыряться не умею. Из вооружения мне доступны вилы, некрасивое, но действенное оружие. Да, мне они и самому не нравятся, все ж таки я не крестьянин, убирающий навоз, но я и голыми руками разберусь с поганым змеем. С воплями восторга разрываю извивающуюся тварь пополам, пронзаю уродливую голову вытащенными на скорую руку вилами, и вот тут меня берет сомнение.

Что-то не так.

Воришка слабо дергается в моих руках, а краденой силы в нем я не чувствую. ЕЕ здесь нет! Я ошибся? Тогда - что это за змей? Зачем?

Из разодранного чрева змея выплывает призрачное бесформенное сияние, и я слышу голос:

- Глупый мальчик, а что ты теперь скажешь?

Из тела змея, взрезая его по всей длине, уже выпростались ножницы, сверкающие и огромные. Одним движением они перерубают мои вилы вместе с руками. Следующее их плавное и неумолимое движение отрезает мне ноги выше колен.

Это нестрашно для меня. Неприятно - да, некрасиво - до омерзения, но неопасно. Страшно другое - из меня опять выкачивают силу.

Я падаю навзничь, лицом в грязную воду и все еще сопротивляюсь. А меня потрошат, как курицу. Я слабею и слабею. Едва хватает сил на то, чтобы повернуть лицо и увидеть того, кто это делает со мной.