Почти целый день составлял он сопроводительную записку, и прошло еще несколько часов, прежде чем он остался доволен своим строгим почерком, явное влияние на который оказала старая книга по каллиграфии. Записка получилась достаточно краткой; в ней говорилось о том, что его сестра Госвина сохранила самые теплые воспоминания о Ровене со времени их совместного обучения на Альтаире, и содержалась просьба рассмотреть возможность его приема на работу в Башню Каллисто.

Период ожидания ответа он провел в большем напряжении, чем когда дожидался результатов экзаменов, а то время он считал просто невыносимым. Он рассчитывал на ответ не раньше чем через несколько дней, несмотря на скорость, с которой почтовые пакеты ФТиТ перемещались по галактике, поэтому чрезвычайно удивился вызову Хазардара по видеосвязи.

– Тебе повезло, парень, – буркнул тот, помахивая красным, транспортным ордером, означающим первоочередную транспортировку. – Как только покидаешь в рюкзак вещички, беги искать капсулу, в которой поместятся твои длинные ноги.

– Капсулу? Куда меня посылают?

– На Каллисто, счастливчик. Ровена ищет Т-4, и жребий предстать перед ее судом выпал как раз тебе.

Оглушенный известием, которого он, откровенно говоря, не надеялся получить, Афра непонимающе уставился на Хазардара.

– Ты должен отправиться на Каллисто, Афра? – дрожащим от волнения голосом спросила мать, потрясенная этой новостью не меньше, чем сам мальчик.

Не имея ни малейшего представления о причине вызова Хазардара, Афра не позаботился о включении устройства, обеспечивающего конфиденциальность беседы, поэтому родители слышали каждое их слово.

– Вот именно, Чесвина, – подтвердил Хазардар, немало удивленный реакцией семьи Лайон на необыкновенную удачу, выпавшую их сыну. – Афре приказано прибыть на Каллисто.

– Но как на Каллисто узнали об Афре? – задумчиво поинтересовался Гос, разглядывая своего сына так, будто тот вдруг в один миг изменился.