В 1886 году была опубликована книга (более не переиздававшаяся), содержащая перевод нескольких глав из «Истории турков» Ибн-Кулаила. По случайному (или закономерному?) совпадению, переводчиком книги был методистский священник преподобный Карл Форт. Исполненный такого же интереса ко всему экстраординарному, как его литературный «внук», он привел рассказ некоего арабского историка об исчезновении в одну ночь целого большого каравана.

По этому рассказу, в 1588 году христианского летоисчисления загадочно исчезли девяносто черкесских красавиц, предназначавшихся для гаремов мусульманских владык, а также сорок воинов-охранников различных национальностей. Лошади воинов были найдены стреноженными на ночь, палатки стояли на своих местах. Нетронутая пища остыла, дожидаясь едоков.

Никаких признаков нападения не было, кроме найденного на песке окровавленного ятагана, валявшегося на песке. К лезвию ятагана вместе с кровью прилипла дюжина толстых и длинных буроватых волос, не принадлежащих — по мнению специалистов — ни одному из известных животных. Правда, некоторые склонны были считать эти волосы медвежьими, поскольку неподалеку от опустевшего лагеря были обнаружены отпечатки лап гигантского медведя.

Куда, вопрошал Ибн-Кулаил, подевались все люди? Может быть, джинн унес их в какую-нибудь охраняемую пламенем твердыню? Уж не его ли волосы прилипли к лезвию?

История не дает ответов на вопросы Ибн-Кулаила так же, как ничего не говорит о таинственном исчезновении колонии Роанок, а равно — монахов и команды «Буонавиты».

И еще одно любопытное сообщение. Издательство «Эжилет Пресс» (ныне уже не существующее), опубликовало в свое время очерки о китайском философе восемнадцатого столетия Хо Ки. Он в своих «Замерзших мыслях» походя сообщает, что вся община деревни Хан Чу вдруг решила в один из вечеров пуститься в дальнее странствие и больше не вернулась.