Сна как не бывало.

— Угрожаешь? — спросил Чифи.

— Угрожаю, — подтвердил голос. — Это мое первое и последнее предупреждение.

Утром Чифи нашел Штерна и попросил посмотреть видеокассету с записью последней гонки. Большую часть пленок Штерн уже отправил в Си-Би-Ти, но одна осталась. В телевизионном автобусе они посмотрели запись на мониторе. На пленке был один эпизод, в котором Шусс на большой скорости вписывался в самый опасный поворот. При повторном просмотре казалось, что он касается барьера.

— Расстояние до барьера не больше пяти миллиметров, — заключил Чифи. — Живой человек на это не способен!

Чифи поинтересовался также, с какой скоростью Шусс преодолевал наиболее опасные участки трассы. Автоматические датчики показали 152 км и 20 метров в секунду, 182 км и 40 метров, 192 км и 12 метров и 202 км и 853 метра. В техническом секретариате ему дали справку, что оптимальные скорости с учетом погоды, состояния трассы и возможностей на такой машине, какой была «девяносто третья» модель «Лабуджини», могли быть 150, 182, 192 и 203 км в час. Если бы гонщик чуть-чуть увеличил скорость, машина бы слетела с трассы.

Вечером из редакции «Фейерверка» пришла справка: «Десять лет назад Дэн Шусс выступал в балканских ралли. В Софии он был девятым из десяти, В Салониках — четвертым из шести, на острове Фаб — седьмым из восьми. Критики его охарактеризовали как неуверенного, импульсивного, непредсказуемого гонщика. Дважды имел аварии, один раз на совершенно ровном участке трассы».

Следующий этап соревнований состоялся только спустя два месяца в Нюрнберге. Чифи остановился в гостинице «Альпы», где забронировала для себя места и команда «Лабуджини». К сожалению, номер рядом с ними ему получить не удалось.

Когда красно-желтая машина «Лабуджини» выехала из бокса, на старте царила суета и толкотня, и Чифи, пользуясь этим, наклонился к гонщику.