Брови Клауди удивленно поползли вверх.

— Я раньше не рассмотрел — но это же настоящее серебро! И что-то тут еще в нем особенное. У меня от него мурашки ползут по коже.

— Заговорен. Специально против Своих. Для человека, который вроде бы не Ван Хельсинг, ты много знаешь.

— Кто выживает в Городе Мертвых, учится быстро, — сухо ответил он.

— Тогда мне не надо будет тебе объяснять, что это значит.

И она полоснула себя лезвием по левой ладони. Порез был глубоким, темная, почти черная кровь выступила из раны и закапала между пальцами. Потом на глазах Клауди, стоящего разинув рот, края раны стали сходиться, затягиваться, оставив шрам, пульсировавший яркой краснотой секунду или две. Потом он резко побледнел и исчез.

Клауди сдвинул брови:

— Леди, кто вы, черт побери?

Незнакомка пожала плечами, защелкивая лезвие обратно в рукоять.

— Долго рассказывать. Пока что запомни одно: есть не один вид вампиров, мой друг. И не один вид охотников за вампирами.

Глава 2

Никола сидела перед зеркалом, таращась на черную краску, покрывавшую стекло, и подводя глаза. За последние месяцы она привыкла краситься без помощи отражающих поверхностей. Лорд Эшер не одобрял зеркал. Все же ей удавалось иногда глянуть на себя в магазинах и окнах машин, и она знала, что уже не похожа на себя.

Кем бы она ни была.

Она знала, что ее зовут Никола, что она танцовщица и что она помолвлена с лордом Эшером. А в остальном был сплошной туман со смутными искорками воспоминаний. Было у нее смутное подозрение, что когда-то в ее жизни было больше ориентиров, чем сейчас, но стоило ей попытаться вспомнить, как начинала болеть голова и гуще становился туман, обволакивающий мысли.