- Герцог Лето, - продолжал Питер, - может попытаться бежать к Свободным, живущим на краю пустыни. К ним же, возможно, он постарается отослать и свою семью. Но все пути блокированы агентами Его величества. Один из них - Кайнз, может, помните его?

- Фейд его помнит, - вставил барон. - Продолжай!

- Не слишком-то вы любезны, барон.

- Здесь приказываю я! - прикрикнул барон.

Питер пожал плечами:

- Если дело пойдет так, как планируется, то дом Харконненов получит поместья на Арраки и ставленник вашего дяди будет управлять ими от имени барона Владимира Харконнена.

- Значит, у нас увеличатся доходы, - резюмировал Фейд.

- Конечно, - согласился барон.

- И Великие дома будут знать, что только барон смог уничтожить Атридесов, - добавил Питер.

- Да, они будут это знать, - выдохнул барон.

- Самое интересное, что все это знает и герцог, - сказал Питер. - Он уже сейчас чувствует ловушку.

- Это правда, - в голосе барона неожиданно прозвучали нотки печали. Но он ничего не может поделать. Даже жалко его.

Барон отошел, наконец, от глобуса и, выйдя на середину комнаты, показался во всем своем великолепии - огромная, непомерно полная фигура на странно тонких для такого тяжелого тела ногах.

- Однако я проголодался, - пробормотал он, сверля племянника маленькими глазками, под которыми отвисли большие мешки. - Пойдем перекусим на дорогу.

* * *

Это сказала Алия-Нож: "Преподобная мать должна

сочетать соблазнительные хитрости куртизанки с

неприступностью и величием девственной богини,

сохраняя эти качества столь долго, сколько позволяет

ее юность. А когда ее молодость и красота исчезнут,