Кайлея озадаченно посмотрела на своего бывшего любовника.

- Да, стены были выложены редким синим обсидианом, но я не видела этот камень много-много лет. - Голос ее стал задумчивым, а мысли начали блуждать в дальних и милых ее сердцу краях. - Я помню себя ребенком, когда, одетая в бальное платье, рассматривала прозрачные стены, в которых одно отражение наслаивалось на другое, превращая стену в галерею причудливых призраков. Канделябры, отраженные в стене, были похожи на яркие созвездия, сияющие с бездонного синего неба.

- Я решил установить стены из синего обсидиана в бальном зале и в твоих покоях, - объявил Лето. - Все будут знать, что я сделал это для тебя.

Кайлея не знала, что и думать.

- Ты делаешь это, чтобы успокоить свою совесть? - спросила она, провоцируя его на возражение. - Хочешь так легко отделаться?

Лето медленно покачал головой.

- Я смирил свой гнев, Кайлея, и испытываю к тебе очень теплые чувства. Твой синий обсидиан уже заказан у торговцев Хагала, хотя и будет доставлен сюда лишь через несколько месяцев.

Он направился к выходу, но на пороге остановился. Кайлея молчала, потом, тяжело вздохнув, как будто ей было очень трудно произнести такие слова, она разжала губы.

- Я очень благодарна тебе, - сказала она уходящему Лето.

***

Мужчина может победить сильнейшего врага, преодолеть длиннейший путь и пережить самую страшную рану, но при этом он остается беспомощной игрушкой в руках женщины, которую любит.

Дзенсунни. "Мудрость страннника"

Задыхаясь от головокружительного предвкушения, Лист Кинес заставлял себя действовать методично и неторопливо, чтобы не наделать ошибок. Хотя он и был взволнован до глубины души предстоящей гонкой за рукой Фарулы, Лиет понимал, что если он не подготовится к михне должным образом, то скорее всего найдет в пустыне не жену, а смерть.