Автожир повернул направо и полетел над речкой, удаляясь от эпицентра.

- До места, где мы им позавчера велели остановиться, двадцать километров.

- Клали они на наше веление, - усмехнулся пилот, - вон, смотри!

Примерно в полукилометре спереди было видно выкинутую на берег и разломанную лодку. Около нее суетились и размахивали руками двое.

- И чего машут, - поморщился летнаб, - лучше бы ракеты пускали.

- Если они есть. Вон как им весь лагерь покорежило-то... Ладно, вон там, метров на двести западнее лодки, явно можно сесть. Заодно посмотрим на того, про которого мы спорили. Ну и фамилия у человека - Скот!

- Скотт, - уточнил наблюдатель, - и он точно профессор. Остальные-то понятно, шпион на шпионе, а этот настоящий ученый. Ну сам сообрази, откуда шпиону знать, как по латыни бурундук называется!

Автожир сел, метров десять поскользив по траве посадочными дугами. Заглох мотор, на землю спрыгнул сначала летнаб с автоматом, за ним пилот. К экипажу машины уже бежали два англичанина.

- Здравствуйте, господа, - поздоровался с ними летнаб, - и что же вы добрых советов не слушаете? Остались бы там, где мы вам советовали позавчера, и было бы все в порядке. Ну куда вас, простите, черти понесли? Ясно же вам сказали - метеорит упадет.

- По вашим словам, он должен был упасть вчера днем, - поморщился англичанин.

- Ну так чего-то там не хватало для падения, подумаешь, задержался маленько. А где остальные члены экспедиции?

- Шелдон погиб. Профессор Скотт ранен, он в тяжелом состоянии, на палатку упало дерево. Медикаменты и почти все продовольствие смыло волной...

Наблюдатель открыл крышку в носовом обтекателе автожира, достал из-под нее саквояж с красным крестом и предложил:

- Ведите к раненому.

У профессора оказались сломаны как минимум четыре ребра, причем было похоже, что осколки повредили легкие. Раненый дышал редко и неглубоко, на губах запеклась кровь, но он был в сознании.