Джон Бойнтон Пристли

Дядя Фил и телевизор

Страховки за дядю Фила выплатили фунтов полтораста, и вечером Григсоны устроили по этому поводу семейный совет в большой гостиной над магазином. Собрались все - мама, папа, Эрнест, Уна, ее муж Джордж (фамилия их была Флеминг, но Уна, само собой, продолжала зваться Уной Григсон, а Джордж помогал папе в магазине) и даже Джойс и Стив, которые обычно с утра до вечера где-то пропадали. Надо сказать, что мама, которая уже успокоилась и даже привела в порядок волосы, имела довольно-таки гордый вид по случаю того, что все собрались вместе, точно на рождество, хотя стоял всего только октябрь и ноги у нее еще не так болели, как всегда бывало на рождество. Одним словом, все было расчудесно, несмотря на то, что умерший дядя Фил был маминым старшим братом и эти полтораста фунтов были страховкой, которую за него выплатили.

- По справедливости они, разумеется, мои, - сказала мама, имея в виду деньги, - но мне думается - и папа тоже так думает, - что их следовало бы употребить на что-нибудь для всего семейства.

- Приходилось содержать его, - мрачно проворчал папа, - и терпеть все его штучки.

- Дайте мне сказать! - закричал Стив.

- А ты помалкивай, - сказала мама. - Ты терпел его, это верно, но он ведь платил свою долю...

- Последнее время - не очень, - сказал папа. - Сначала он давал, что с него причиталось, когда цены были не такие сумасшедшие, а потом перестал. А всего-то двадцать три шиллинга в неделю.

- Совершенно справедливо, - сказал Эрнест, который служил клерком на железной дороге и был очень уравновешенным молодым человеком - таким уравновешенным, что иногда вообще непонятно было, жив он или нет. Кое-кому из нас приходилось содержать его. Я не говорю, что нам не следовало этого делать. Я просто констатирую факт, только и всего.

- Дойдем мы когда-нибудь до сути? - закричала Джойс, которой, конечно, не терпелось поскорее удрать на улицу. - Если тут есть суть.