— Ты что, хочешь сказать, что это вендетта? Салли Кендрик и ее ущемленные в правах коллеги — против Центра репродуктивной медицины Сан-Франциско? Не легче ли было обратиться в профсоюз? — с иронией поинтересовался он.

— А ты что, уже плюнул на свою теорию с НЛО? — поддела в ответ Скалли.

Телефон на журнальном столике подпрыгнул и разразился короткой звонкой трелью — ну почему в дешевых гостиницах у телефонов всегда такие пронзительные звонки? — и Дана, поморщившись, поспешила схватить трубку.

— Алло! — На том конце трубки молчали. — Алло! — повторила Скалли. — Странно… пара щелчков — и все… Должно быть, ошиблись.

На секунду лицо Малдера приобрело задумчивое выражение.

— Знаешь что, — проговорил он, поднимаясь, — сегодня я уже что-то совсем туго соображаю. Давай обсудим это завтра, а?

— Надо же, он выгоняет меня из комнаты! — пожаловалась в пространство Скалли, но тем не менее тоже встала.

— Я выгоняю? — вполне натурально возмутился Малдер. — Да никогда в жизни! — и, приобняв Скалли; за плечи, подвел ее к двери. — Ей-богу, Скалли, тебе сегодня тоже надо отдохнуть.

— К тебе что, девочка придет? — ехидно поинтересовалась Дана.

— Какая девочка! — Малдер фыркнул. — Я тут кино по «MTV» смотреть буду…

Он немного помолчал, потом крикнул вслед удаляющейся с независимым видом напарнице:

— Счастливых снов! Утром встретимся.

Набережная недалеко от отеля «Холидей Инн»

Сан-Франциско, штат Калифорния

День пятый

Вечер

…Водная гладь ночного залива застыла в неподвижности, отражая огни кораблей. От порта плыли над водой звуки погрузочных работ, даже ночью не прекращающихся ни на минуту. Далекое лязганье железа, шум работающих двигателей, длинные надсадные гудки… Пока в Лос-Анджелесе, ставшем после войны Меккой для ученых-авиаторов и ракетостроителей, зрело космическое «завтра» Америки, тут, в Сан-Франциско, в свою очередь, решалась судьба морского будущего страны.