Круги жучьих глаз, качаясь, поплыли за кожаной спиной и чемоданом. Гладкая песчаная дорожка чуть сыровато глушила шаги.
- Во-от, за конторой. Здеся.
- Спасибо.
- В окно стучитя. Не спит ишшо.
Там-донн! - в желтый глаз окна - там-донн! - без ответа. Жуки плавно проплясали в лиловый бескрайный провал. Хоть знаешь, знаешь, никого нет, а кажется всегда на кладбище ночью: вот, кто-то глядит на тебя пустыми глазами, наблюдает, невидно наслаждаясь и злорадствуя. И серые листья березовые под желтым взглядом окна недвижно молчат - молчат, подтверждая.
- Кто? - из-за двери.
- Я.
- Кто я-то, госсподи?
- Андрей Алексеич, вы?
- Ктой-то, госсподи?.. стой, сейчас отопру, госсс...
И навстречу щелком английского замка - жареным маслом, - бензином уборной - в ноздри - и к тому же памятному старому мягкому пузу - в об'ятья
- ну и ну! Ну и удивил! А мы думали, здох, ей-богу, думали, здох а-а-а, ты сделай милость, чтоб всем шутьям взлететь на воздух - да не спотыкнись, здесь порог - во-от сюда-сюда - ну и похудел, ну и пожелтел - это уж в гостиной - ну и поугрел!
Гостиная как гостиная; рояль: резкий абажур желто бьет в глаза, уставшие, об'евшиеся темью; жирные рукавицы кактуса понурились пыльно; как где угодно, как двадцать лет назад, - да не так.
- И вправду - поп. Думал - ошибка.
Гость устало-согнутой спиной в'ехал в диван, и чемоданчик поставил на колени.
- Да ты чего ж не раздеваешься-то? Ну и суетни, суетни теперь будет чемоданчик дай - а, чаю, чаю? - да чего-сь там чаю, а-а-а, ты сделай милость, як хохлы говорять: самы кошки забрешуть, як узнают! - тельца, тельца, тельца блудному сыну, а не чаю!
- И - давно - в попах?
- Ну, и есть же чем интересоваться с дороги - что за экстренность такая! - всего два года. Не-ет, ты о себе-то, о себе-то расскажи, а-а-а, ты сделай милость, чтоб всем шутьям взлететь на воздух, - вот не ожидал, а? Ну, випий, випий румочку сивушки, это ж только так, для начала, а там будеть получше, ей-богу ж, будеть получше, - да брось ты свой чемоданчик, - а сивушка для бодрости, потому нам еще пройтиться придеться, здесь невдобно, места нет, там же и ночевать будешь - ты покойников не боишься?