Дорога назад такая же невыносимо долгая, но есть бодрящий момент. Уже вырвавшись из горной системы на простор долины под Хургадой, водители начинают яростно пытаться наверстать упущенное на отстойниках и в медленном движении в караване время. Именно в этот момент экскурсии я отчетливо понял причины частых аварий автобусов с туристами. За последний год их было множество и все об этом наверняка слышали.

Начнем с того, что водить там просто никто не умеет. Нет, габариты огромного автобуса они чувствуют отлично, впишутся и в игольное ушко. Они не думают, а на дороге верное решение часто спасает жизнь. Дороги вполне, по нашим меркам, хорошие, хотя и узкие, и 99% времени сухие, поэтому водители совершенно не учитывают никаких заносов и т.п. А дождик нет-нет, да выпадет. Выпал он и в тот вечер. Входя в поворот на восьмидесяти километрах в час на высоком тяжелом автобусе ради пяти минут опоздания, водитель не раз заставлял нас вспомнить о бренности мира и о духовных ценностях. На прямых участках они устраивают натуральные гонки с рискованными обгонами, при которых встречное движение вообще не берется в расчет. Машины, идущие навстречу, сиротливо жмутся к обочине, стараясь уйти от несущегося на них по встречной огромного автобуса с туристами. В результате приехали мы все равно в пол-двенадцатого ночи, выжатые, как говорится, как лимон, и немного поседевшие.

В самой Хургаде знаки висят непонятно для кого, на них никто не смотрит. Сигналом они пользуются как средством разговора между собой. Пешеходы как в заповеднике ходят посреди дороги, не обращая внимания на машины, а машины ездят, не обращая внимания на пешеходов. Выезжая со второстепенной дороги, никто даже не смотрит, есть ли машины на главной, если они там есть, то посигналят, если тихо, значит путь свободен. Машин, правда, мало, это всех и спасает. Теперь, думаю, яснее, почему в Каире, где машин больше, они все мятые и битые. Понятия "культура вождения" нет вообще.