Я их и исполняю не ахти, и не люблю. В четыре вообще было пусто. Две подгулявшие пары, и все. Но в половине шестого началось! Подкатили давние поклонники, компания в четырнадцать человек — м-м-м! Заявки пошли, докатилось и до казино, оттуда появилось несколько привидений, бренча серебряными долларами. Пришлось порадовать старых друзей. Только в семь добралась до постели — и спала до полтретьего. В эту ночь я свободна, а в следующую у меня кое-что новенькое, я хочу, чтобы ты посмотрел. Так что если будешь вдруг слоняться тут без дела в районе двенадцати... Это не займет много времени, я выступаю сразу после нашего стандартного открытия.

— А что там будет?

— Много не скажу, не хочется раскрывать заранее. Нечто элегическое про девушку, выросшую в эпоху спортивных машин, потом были любовь и встречи на задних сиденьях «ягуаров», «триумфов», «мерседесов» и так далее, а теперь она любит парня, который предпочитает классические автомобили и водит старинный шестнадцатицилиндровый «кадиллак», так что она не знает, какого дьявола делать с этим огромным пространством.

— Что-то необычное.

— Я приберегу это к тому времени, когда ты придешь.

Хью сел и улыбнулся, не зная, что от его чудесной улыбки Бетти сделалось удивительно хорошо и сердце ее забилось сильнее.

— Очень рад, что все, связанное с развлечениями, возложено здесь на казино, что занимается этим Макс Хейнс — с помощью и по подсказкам Эла Марта — и что меня никто и ничего не спрашивает об этом.

— Да, и тебе не доведется столкнуться с такой неприятной проблемой, как мое увольнение...

— О, я устроил бы тебе сольные концерты в «Сафари».

— Болтун.

— Я в смысле, что мне с тобой просто, ничто меня не давит, Бетти. Я знаю, что тебе не нужно угодничать передо мной. Ты подумай, я ведь вынужден действовать в одиночку. Как только у меня появятся любимчики, пойдет зависть, начнут сколачиваться группировки.

— Например, официантки?