Числом они будут превосходить завоевателей, и равноправие им обеспечено истинное, а отнюдь не такое, как в случае белых фермеров и последующих веков технического прогресса. И повторяю, за монголами придут китайцы, несущие древние знания и культуру, объединяющие нации в одну...

- Великий боже, Мэне! Когда Колумб подплывет к этим берегам, онтаки откроет Землю Обетованную! Великое Ханство, самую сильную державу на земле!

Сандовал умолк. Ветви деревьев скрипели от порывов ветра, как виселицы. Долгое время Эверард не произносил ни слова, глядя перед собой в ночную тьму, потом нарушил затянувшееся молчание.

- Да, это логично. Теперь понятно, почему мы должны торчать в этом веке, пока кризис не кончится. Наш мир перестал бы существовать. Никогда бы не существовал.

- Не таким уж он был прекрасным, этот мир, - рассеянно пробормотал Сандовал.

- Что ты говоришь? Подумай... о своих родителях. Ведь они тоже никогда бы не появились на свет.

- Мои родители ютились в ветхой лачуге. Однажды я видел, как отец плакал, потому что ему не на что было купить детям зимней обуви. Моя мать скончалась от туберкулеза.

Эверард сидел, не шелохнувшись. Да и что он мог сказать? Сандовал первым вскочил на ноги, как бы стряхивая с себя оцепенение, и натянуто рассмеялся.

- Что я тут наболтал, Мэне? Не обращай внимания. Давай-ка лучше спать. Хочешь, я первым покараулю?

Эверард согласился, но долго не мог уснуть.

5

Скуттер отправил их на два дня в будущее, и сейчас они парили высоко в небе, подальше от посторонних глаз. В разреженном воздухе было холодно. Эверард передернул плечами, настраивая электронный телескоп.

Даже при самом сильном увеличении караван казался состоящим из крохотных точек, двигающихся по необозримой зеленой поверхности. Но в западном полушарии в то время других всадников быть не могло.

Он говернулся к своему товарищу.

- Что ты на это скажешь?