- Сколько раз я должна тебе говорить? - ее голос был сердитым и взволнованным. - Я не хочу здесь чужаков. Кроме того, ведь не задаром же он будет работать? С каких это пор ты начал разбазаривать деньги?

Меня обеспокоила ее интонация. Лола говорила мстительно и очень зло.

- Да перестань же вопить! Давай дадим ему срок. Если он тебе не понравится, что ж, тогда избавимся от него. Но мне кажется - ты оценишь Джека. И хватит об этом. Как насчет поесть?

- Почему ты считаешь, что ему можно доверять? А не думаешь ли ты, что, пока мы будем в Вентворте, он хапнет наши деньги и удерет? С каких это пор ты стал таким доверчивым?

Пора бы дать знать о моем присутствии. Я на цыпочках вернулся к двери и стукнул ею, потом, тяжело ступая, подошел к прилавку.

- Кто-нибудь есть здесь?

Сердитые голоса тотчас смолкли. Джонсон вышел из кухни. Его толстое добродушное лицо было красным, а в глазах читалась растерянность.

- Это ты?

Он глянул на меня немного встревоженно. Но понемногу стал успокаиваться и обрадовался, когда рассмотрел, что я выгляжу довольно прилично.

- Хорошо. Ты нашел в хижине все, что тебе нужно?

- Все отлично. - Запах жареного лука, буквально, сводил меня с ума. И здесь тоже здорово! Ну и живете вы, мистер Джонсон!

Хозяин в ответ кивнул, но без особой гордости. Я понимал, что он все еще взволнован.

- Да, здесь неплохо. - Глаза его смотрели мимо меня. - Я думаю, ты хочешь поесть. Пойду посмотрю чего...

- Не беспокойтесь обо мне, мистер Джонсон. Скажите, где что лежит, и я справлюсь сам.

- Подожди, я поговорю с женой.

Он был так растерян, что мне даже стало жаль его. Джонсон снова пошел на кухню. В это время пыльный "паккард" остановился возле бензоколонки, и шофер нажал на гудок. Джонсон вернулся.

- Разрешите, я займусь машиной, - мне не терпелось себя проявить.