До начала восьмого мы убирали кухню, возились с насосами, разбирались с металлоломом, чинили две приехавшие машины. Только один раз показалась Лола: в четыре часа, одетая в свое шикарное зеленое платье, она садилась в "меркурий". Машина двинулась по направлению к Вентворту. Не собралась ли она в полицию? Джонсону я это не сказал, а только поинтересовался, куда это Лола направилась.

- Она и раньше так делала, когда случались размолвки, - Джонсон поморщился. - Удирает в кино. Теперь вернется не раньше чем в двенадцать. Что ж, придется управляться самим, Джек. А ты умеешь готовить?

- Почему бы и нет? Во всяком случае, с цыплятами я управлюсь.

Когда я готовил цыплят, а Карл возился с сандвичами, состоялось еще одно признание Джонсона: он не очень счастлив с Лолой.

- Моя первая жена была совсем не такой, - сказал он, нарезая тонкими ломтиками хлеб. - Мы вместе учились в одной школе, вместе росли. Она была моей ровесницей. А эта - сумасбродка. Работает, конечно, как черт. Но Эмми, моя первая жена, никогда не стала бы говорить так и тем более не умчалась бы сломя голову... Когда Лола входит в раж, мне хочется треснуть ее хорошенько...

"Это так же опасно, как стегнуть гремучую змею", - подумал я, но вслух ничего не сказал.

- Я часто спрашивал себя, откуда она приехала. Этого Лола мне никогда не говорила. Она грубая, Джек. Должно быть, она вела суровую жизнь. Меня также беспокоит, что она делает в Вентворте. Честно говоря, я сомневаюсь насчет кино. Когда ты появился, я рассчитывал, что мы с ней будем ездить в кино вместе. Но стоило мне предложить это, как она стала говорить, что у нее болит голова. Иногда я думаю... - он не закончил фразу, покачал головой и замолчал; тяжело ступая, направился к буфету за маслом.

- О чем вы думаете? - спросил я, чувствуя к нему жалость.

- Неважно, - он стал намазывать на хлеб масло. - Думаю, я и так уж слишком разболтался.