Когда они уехали, я побежал обратно в бунгало. И успел как раз вовремя.

Лола звонила в полицию.

Телефон находился в холле. Лола подняла голову, ее пальцы лежали на диске. Выглядела она ужасно. Лицо белое, глаза запавшие и испуганные, даже губы были белыми. Мы уставились друг на друга. Она держала в руках трубку, я держал в руках пистолет, направив дуло прямо на нее.

- Повесь! - сказал я. - Быстро!

Лицо ее из белого превратилось в серое. Все же я был беглым каторжником. Видимо, она решила, что я ее убью.

- Иди в спальню, нам нужно поговорить.

Она вышла из комнаты, я пошел следом и притворил дверь.

- Ты звонила в полицию?

Она опустилась на кровать и, зажав между ногами сцепленные пальцы, уставилась на меня.

- Ты вообразила, что сможешь взвалить смерть мужа на Чета Карсона? Могу объяснить, почему эта мысль не слишком удачна. Если меня арестуют, я скажу полиции, что твой муж не платил налоги с этих денег. И уж если парни, которые собирают налоги, накинутся на добычу, тебе мало что останется. Так что будь благоразумна.

По внезапно переменившемуся выражению ее лица я понял, что мои слова возымели воздействие.

- Решение может быть только таким: нужно похоронить Джонсона, - сказал я. - Мы придумаем историю, что он куда-то уехал. Со временем ты получишь свои деньги, а я - свободу.

- Это был несчастный случай, - сказала Лола хриплым голосом. - Если вы спрячете тело, а его найдут, все подумают, что это было убийство.

Что ж, теперь, по крайней мере, она готова обсудить ситуацию.

Мне стало легче дышать.

- Ты не докажешь, что это был несчастный случай! Если бы вы с Джонсоном были одни, когда это случилось, то, может быть, такая версия прошла бы. Но здесь был я. Лучше подумай о том, что будешь делать дальше. Хотя, конечно, если сбросить деньги со счетов, - надо звонить в полицию. Я не буду мешать. В противном случае надо хоронить Джонсона.