—Я сейчас Родника позову, он выкинет вас отсюда! — сжимая кулаки, пообещала противная баба, красноречиво кивая в сторону дома. Ой, как страшно!
Зиманочка, красавица, умница, не надо нарываться на конфликт! Вспомни» что случилось, когда экселенц узнал, как ты отказала в ночлеге Болту,— открыто улыбнулась я. Конечно, такими солидными клыками, как Тьма, я похвастаться не могу, но мой дружелюбный оскал и без того способен напугать людей, знающих, что просто так, ни с того ни с сего, я не улыбаюсь. Зимана вздрогнула как от удара и послушно приняла у меня поводья спокойно стоящей кобылы.
Вот и славно! Я всегда знала, что мы с тобой сможем найти общий язык! — Я подарила злобствующей бабе еще одну улыбку и развернулась к калитке. Тьма снялась с привычного насеста, сделала круг почета над двором и метко нагадила на заготовки стрел, которыми Зимана занималась до моего прихода.
Фу, как тебе не стыдно! Приличные девушки так не поступают! — фальшиво укорила я вонато, одновременно посылая ей мысленную похвалу и свое удовольствие от столь красноречивой точки в нашем разговоре с Зиманой. Демон, воспрянув от моего одобрения, на низком, бреющем полете пронеслась над застывшей от злобы женщиной, нарочито громко хлопая крыльями, хлеща хвостом и очень достоверно изображая желание вцепиться ей в волосы. В последний момент выдержка все-таки изменила Зимане, гадкая баба позорно взвизгнула и присела, инстинктивно закрывая голову руками. Я с готовностью захохотала, мое веселье подхватили несколько мужчин, случившихся поблизости и видевших окончание нашей милой беседы. Тьма, удовлетворенная произведенным впечатлением, закружилась над пристыженной обидчицей, потом спикировала прямо мне в руки. Я ласково почесала ее за ушами, приветливо кивнула бурой от ярости и унижения Зимане и поспешила покинуть ее подворье.
На улице меня догнал Айранэт, высокий кареглазый мужчина лет сорока. Незнакомые люди шарахались от него, пугаясь изуродованного тремя жуткими шрамами лица, но те, кто знал его близко, просто не замечали его внешности, с удовольствием общаясь с бывшим храном (разумеется, после ранения он уже не мог работать) — он был остроумен, воспитан и очень хорошо образован.