Прыжок вперед, удар.
"По крайней мере, когда я буду сражаться с ним, тебя уже не будет за моей спиной!"
Голос снова звал ее из тьмы, на этот раз он звучал еще сильнее, словно первый рокот могучей волны, обрушивающейся на берег.
"Нет чести в том, чтобы показывать врагу спину в бою", – сказала Риина. – "Хотя это и неразумно".
"Я могу стоять лицом только к одному врагу", – сказала Тахири, заставив Риину отступить серией агрессивных ударов. Она атаковала как никогда до этого, и сама была удивлена грацией и мощью своих ударов. Она, как Энакин, была наполнена Силой, пылающей ослепительным огнем.
Этот образ вызвал воспоминания и чувства, которые она уже стала забывать. Она атаковала снова и еще яростней. Но, в конце концов, она и Риина снова оказались в тупике. Скрестив световые мечи, они застыли, глядя друг другу в глаза.
Голос снова назвал ее имя, и на этот раз он звучал практически возле самого уха!
Не раздумывая, она повернулась. Тьма окутала туманом мир вокруг нее и Риины, но с одной стороны сквозь тьму пробивался слабый свет.
"Нет! Я не позволю тебе убить нас!"
Риина оттолкнула Тахири и бросилась в туман. Тахири упала на землю, но мгновенно вскочила и побежала за Рииной. Что бы ни приближалось к ней из тьмы, она не хотела встречаться с этим, не зная, где Риина.
И чего она боится.
"Я не позволю тебе убить нас…"
Слова Риины звучали в ее ушах, когда она бежала во тьме, слыша, как кто-то за спиной повторяет ее имя…
Лейя молчала большую часть полета к Эсфандии. Соперничать в разговоре с Хэном и Дромой было весьма утомительно и, в конце концов, бессмысленно. Иногда казалось, что они ссорятся друг с другом, но это было вполне естественно. С того времени, как рин поднялся борт, они с Хэном разговаривали, не переставая. Они обсудили все, от событий на Фондоре и партизанской войны на оккупированных территориях до смерти Энакина. На пару минут Дрома покинул мостик, жалобно свистнув что-то на языке, который Лейя не понимала, но вскоре снова вернулся и стал рассказывать о своих приключениях в секторе Сенекс. История была длинная, как боленианский прядильщик, но она помогла рассеять уныние после неудачного посещения Онадакса.