Франция, Париж, Лувр

– …и волнения в Провансе быстро подавлены.

– Мне донесли, что бунтовали там не только крестьяне, но и горожане.

– О, сир, весьма незначительное число городского плебса из числа малоимущих. Большая часть горожан в бунтах не заинтересована и помогает нам наводить порядок.

– Да? А мне говорили, что бунтовщиков поддерживало большинство горожан, и одним из главных их требований была ваша отставка.

– Сир, я всего лишь ваш верный слуга, выступая против меня, они покушаются и на вас.

– Мы ценим вашу преданность, кардинал, но если волнения перекинутся и на армию, не только нам обоим – всей прекрасной Франции придется плохо.

– Ваше величество, сейчас предпринимаются все мыслимые и немыслимые шаги для предотвращения такого поворота событий. Частично крестьянские бунты и волнения в городах связаны именно с этим. Мы беспощадно выколачиваем налоги из них, чтобы обеспечить безусловную победу Франции на полях сражений.

– А как же вы объясните уход половины казаков?

– Ушли дикари-схизматики, некоторое количество немцев-протестантов и самые недисциплинированные из поляков. Схизматиков, по моим сведениям, позвали с родины, немцы ушли за компанию. Донанятые в их отряды польские и немецкие католики остались здесь.

– Хм… немцы-казаки?

– Среди тех разбойников встречаются представители самых разных народов. Французы, говорят, тоже есть. Нанимали немцев из желания увеличить надежность отрядов. Шпионы доносят, что казаки массово покидают и армии наших врагов.

– Главное, чтобы волнения не перекинулись на других наемников.

– Как я уже докладывал, для этого предпринимается все возможное и невозможное. Нам удалось обеспечить питанием и кормами все наши армии.

– А герцог Саксен-Веймарский утверждает обратное.