Андрей тоже был незаменим, но уже как - "самопередвижной походный детектор местности", так в шутку между собой называли его оперативники. За время работы в группе он лучше научился контролировать свои способности по: "считыванию информации с местности", - так он сам называл свои беспорядочные метания по месту преступления, после которых мог довольно точно сказать, что происходило здесь в течение дня.

   Вот и сейчас, раскинув руки в стороны, точно пытаясь взлететь, он топтался под кустом сирени, не замечая удивленных взглядов местных милиционеров и саркастических взглядов коллег из ФСБ. Те уже закончили исследования и упаковывали свою аппаратуру, изредка бросая взгляды в сторону их группы. Зимин покосился в сторону федералов и тяжело вздохнул. В последнее время "случайные" встречи с ним слижком уж участились. Вопросы они не задавали, на контакт не шли, а на все вопросы со стороны полковника ограничиваясь лишь короткими отговорками. В конце концов, Зимин от них отстал, хотя у него и появилась уверенность, что они в курсе всех дел и выводов его группы, а это значило лишь одно - генерал сливал федералам все их доклады. В принципе чего-то подобного Зимин ожидал, подозревая, что скорее всего их группу направили на это дело для подстраховки, или так сказать для "свежей головы". Такой прием иногда применялся при ведении особо замороченных дел, бросая в работу вместе с профессионалами дилетантов, - кстати, бывало что и помогало.Увы, Павел Егорович прекрасно понимал к какому разряду причислена его группа и это его не особо радовало.

   А ведь по началу дело не обещало быть чем-то необычным, и занималась им вполне обычная следственная группа.