А в конце апреля, после особенно долгой и холодной зимы, появилась эта заварушка с крупными кражами внутри самого Министерства (Ах, какая жалость: теперь всем приходится читать в газетах про эту чушь!). Была разграблена сокровищница артефактов, которую очень строго охраняли, и многие экземпляры были наверняка уже за границей, так что найти их было теперь чрезвычайно затруднительно. В Министерстве старались не думать о том, что случится, попади эти артефакты не в те руки. Одним словом, просто замять такое серьезное дело не удалось, и министерские работники были отозваны из Хогвартса назад и мобилизованы совсем для другого. Снейп сделал вид, что ничего не имеет против, но в действительности это могло обернуться катастрофой. В школе не хватало сильных магов, преподавали бывшие студенты и выпускники зарубежных педагогических курсов. Он самовольно отменил несколько конференций в отделе магической науки и исследований, что являлось недопустимым и даже оскорбительным, но он об этом счастливым образом «забыл» и посвятил все свое внимание злополучной башне и магической защите замка, которая, между прочим, трещала по швам из‑за многочисленных посетителей. В Министерстве, конечно, рассердились, Снейп, однако, и не думал извиняться. В конце концов, он остался наедине с массой проблем одновременно по их милости.

В результате всех этих перипетий у него возникла еще одна проблема, незаметно лишавшая его сил: безмерная занятость последних недель смягчила его внутреннее одиночество, затолкала его на задний план, как можно дальше, но порой вечерами, когда все письма были уже просмотрены, ответы на них написаны, а все встречи состоялись, он ощущал это одиночество всем своим существом.