— Работа сыщика не по мне, я уже об этом говорил. Я, скорее, входил бы с удовольствием в группу преследования, задержания и обезвреживания, чем сидел бы и распутывал кражи, убийства и тому подобные вещи.

— Гермиона недавно сказала, что для этого как раз не нужны мозги, — хитро подмигнул Рон. — Мол, там работают просто сильные и ловкие ребята, типа ударная группа.

— Не согласен. Я просто боюсь погрязнуть в рутине и канцелярщине. Кстати, ловкость из ниоткуда тоже не берется, а умение грамотно выследить и обезвредить опасного преступника вообще оттачивается годами. Не скажу, чтобы мне еще требовались приключения в жизни, но без действия я точно зачахну.

— И я тоже. Ты не думай, что я согласен с Гермионой, иногда она все‑таки перебарщивает со своей тягой к постоянной тренировке интеллекта. Нам, в любом случае, лучше всего чувствуется вместе.

— Не все девушки в состоянии это понять, но Джинни вот куда спокойнее в этом плане, — улыбнулся Гарри. В его сознании уже возникла привлекательная картина их с Джинни грядущей встречи.

— Излишняя склонность к философствованию не пойдет ей на пользу, — угрюмо возразил Рон.

— Излишество ей не грозит.

— Как скажешь, мне порой кажется, что я совсем ее не знаю.

— Ты просто мало с ней общаешься. Ладно, по–моему, нам пора сосредоточиться, не всю же ночь трепаться.

— А я не против. Здесь невыносимо скучно.

— Рон, осталось потерпеть еще пару дней. Кстати, мы каждую ночь будем менять позицию наблюдения, так что не расстраивайся, сплошная скука всю операцию — это вряд ли.

— Хотелось бы, — Рон широко зевнул, и Гарри поскорее отвернулся, помня о степени заразительности этой привычки. Для Рона это была именно привычка, так он обычно выражал свою полную незаинтересованность в том или ином предприятии.

Они умолкли, и тишина вокруг них стала как будто отчетливее. Город был погружен в столь глубокий сон, что не слышалось ровным счетом ничего: ни скрипов, ни постукиваний, ни тихих велосипедных звоночков, ни шума автомобильных двигателей.