Нельсон покивал самому себе, признавая все мастерство противника, который мог стрелять сразу из двух орудий и удерживать боевой робот от падения после прямого попадания. Тем временем мигающий огонек на панели управления говорил Нельсону о том, что на своего красного двойника он истратил последние дальнобойные ракеты. Все, что у меня осталось, — это оружие ближнего боя!

— Паук, прими командование на себя. Выводи всех, кого только можешь. Уходите! — Он взглянул на свою левую руку и сжал штурвал. — Я задержу их.

— Не делай глупостей, командир.

— Это приказ, Паук, — Нельсон начал спускаться вниз по склону холма навстречу красному боевому роботу. — Между прочим, если эти бандиты действительно представляют угрозу, неужели ты думаешь, что кто-либо пошлет против них однорукого командующего?

Не ожидая ответа Паука, Нельсон включил связь на передачу в широком диапазоне и послал бандитам сообщение:

— Я командующий Нельсон Гейст из первого военного резерва Кейстоуна.

Красный «Рыцарь» остановился и поднял оба своих протонных излучателя в приветствии.

— А я Красный Корсар. Твое войско внушает только жалость.

— Тогда пожалей их. — Нельсон старался удерживать в перекрестии прицела «Рыцаря» Корсара в то время, пока его боевой робот обходил обгорелые останки «Дервиша». — У них однорукий командир и списанное оборудование. Они не могут быть достойными противниками для таких, как ты.

— Что ты можешь обо мне знать?

— Это же очевидно, что ты воин. — В голове Нельсона начала складываться единая картинка. После Токкайдской битвы, в которой кланы потерпели поражение и вынуждены были принять перемирие с Ком-Старом на пятнадцать лет, появились слухи, что некоторые воины кланов отреклись от них. Еще говорили, что другие воины восстали и отвергли соглашение о перемирии, устраивая мелкие стычки внутри кланов.