-- Буду просить работу лаборанта, - как-то очень серьезно пошутила девушка.

   Ехали молча, я был слишком занят дорогой, так как решил, что с фарами получается слишком вызывающе, а вот габариты светят как раз в стиле шестидесятых годов. Дорога тоже доставляла хлопот, но как выбрались из леса, сменилась на приличную гравийку. В городке, на главной, так вообще был положен очень неплохой асфальт. Екатерина, судя по всему, задумалась о партийной дисциплине в семейных отношениях, поэтому отделывалась краткими словами и жестами, направляя меня в нужную сторону.

   Машин, к счастью, не попадалось. Ни встречных, ни попутных. Вообще, Н-Петровск казался вымершим. В час ночи нынче все спят, что не удивительно, рабочий день начинается с 6-7 часов. Тихо, только темные дома, с трудом угадывающиеся в тусклых отблесках редких уличных фонарей. Впрочем, осветительные приборы такого звания явно не заслуживали, простая лампа-стоваттка с жестяной крышкой на столбе, мрачно раскачивающаяся на весеннем ветре.

   На нужной улице применил настоящую военную хитрость. За пару кварталов совсем отключил габариты, и на минимальной скорости, практически наощупь, высадил девушку у ворот дома. Сам проехал дальше, аккуратно объехал квартал по кругу, и быстро "нырнул" под домик гостеприимно открытых девушкой ворот. Соседские собаки, конечно, погавкали. Но без энтузиазма, лениво и недолго.

   Вьезд на крытый двор пришлось распахивать уже вдовем. По сути это был кусок стены, сколоченный из досок, на шарнирах из какой-то матерчатой дерюги. В общем, эта дверь не открывалась, а переносилась. С таким крестьянским подходом одной женщине действительно не выжить. Но для меня это сущий пустяк, еще несколько минут, и машина стоит на покрытых застарелой грязью досках внутреннего крытого дворика в свете ослепляюще яркой после темноты лампы ват в сорок.