Результатом этого заступничества для Шуса стало то, что в течение полусотни дней, сразу после отбытия на родину армии Келхарского халифата во главе со своим новым, точнее старым халифом, он занимался двадцать четыре часа в сутки. Да еще под пристальным контролем директора, который не мог допустить, чтобы тот, из-за кого он потратил столько сил, провалился. За это время он отчасти понял учителя, который так яростно отказывался от предлагаемых Сэйлэнаром деликатесов. Конечно экзотика – это хорошо, но, во-первых, не каждый день, а во-вторых, не в таких же количествах.
Что же касается Фамбера, то он, с тех пор как исчез в кабинете Сэйлэнара, так и не появлялся. Последний же на невинные вопросы типа: «а куда вы дели моего учителя?» или «а вы случайно не знаете, куда пропал профессор Фамбер?» молчал как немой партизан под водой.
На экзаменах присутствовал Сэйлэнар, который всеми силами старался помочь Шусу, но там же находился и Чистиленс, который делал все для того, чтобы завалить его. В результате энергия двух директоров погасила друг друга, и Шус сдавал экзамены почти в таких же условиях, в каких сдавал бы и без пребывания на них директоров, разве что атмосфера была значительно тяжелее и звуковых эффектов больше. Однако, несмотря на все трудности, Шус экзамены сдал.
Вышеописанный диалог Шуса и Втри происходил в первый учебный день на второй ступени факультета практической магии, через пару дней после того, как Шус разделался, наконец, с экзаменами.
– Ну и что ты встал? – поинтересовался высокий блондин с длинными, почти такими же длинными как у Втри волосами, во вполне классических для Лендала штанах и рубашке, но почему-то в плаще, ровесник Шуса.