Дердан'над -- плодородная и живописная местность с великолепным видом на Береговую гряду на западе и на широкое устье полноводной Садуун на юге. Говорливая Оро, рассекающая здесь холмы, богата рыбой и вечно резвящимися в воде детишками. Я и сам провел свое детство в основном на берегах реки и привык к ее ни на минуту не смолкающему гаму. Дом наш стоит так близко к воде, что и спать приходится под неумолчный гул порогов и какофонию попавших в стремнину обломков скал. Оро неглубока, но коварна. Каждого из нас сызмала учили плавать в специально обустроенном тихом затоне, а позднее -- управляться с долбленкой на бешеных перекатах. Рыбная ловля входила в число наших детских обязанностей. Больше всего обожал я охоту с острогой на жирных пучеглазых голубых очидов -- я часами мог героически выстаивать в засаде на скользком валуне посреди потока со смертоносным орудием в напряженной руке. Это была моя стихия. Зато, пока я красовался там, моя свояченница Исидри голыми руками успевала выудить из глубины шесть или семь скользких рыбин. Она умела ловить руками даже угрей и стремительных юрков. Мне это никогда не удавалось. "Ты просто отдаешься течению и как бы сливаешься с рекой", -- объясняла Исидри. Она умела находиться под водой дольше любого из нас -- так долго, что мы уже начинали тревожиться. "Исидри -- слишком скверная и непослушная девчонка, чтобы утонуть, -- сетовала ее матушка Тубду. -- Такую разве утопишь? Ведь какашки не тонут".

У Тубду, Утренней жены нашего седорету, было двое детей от Капа: Исидри, годом старше меня, и Сууди, на три года моложе. Дочки Утренних, они доводились мне свояченицами, как и их кузен Хад'д, сын Тубду от дядюшки Тобо, брата Капа. С Вечерней стороны нас детей было двое -- я и моя младшая сестренка по имени Конеко Это древнее Окетское имя имело значение также и на терранском языке матери -- "котенок", то есть детеныш того самого расчудесного животного со спиной полукругом и округленными глазами.