Ответом Шусу было гробовое молчание. По всей видимости Втри до сих пор было больно вспоминать то, что она потеряла по милости Шуса на этих самых других планетах.

— В любом случае оно вряд ли закатывалось так быстро, — постарался разрядить ситуацию Майклус, подняв голову, чтобы взглянуть на первые звезды.

В быстро сгущающейся тьме они прошли еще немного, пока, наконец, не добрались до какого-то села или даже маленького городка.

На улицах никого не было, и почти на всех окнах были закрыты ставни, сквозь которые пробивался тусклый свет. Несмотря на то, что путешественники колотили в них всем, чем можно, им никто не открыл, а двери не поддавались взлому. Наконец, тогда когда они уже были готовы отчаяться, Втри нашла приоткрытую дверь. За ней оказалась практически пустая комната, посреди которой стоял сгорбившийся под тяжестью прожитых лет и своей седой бороды, подметающей пол, старичок с густыми бровями. Из-за его спины торчала деревянная табличка, на которой было написано, что это деревенский староста.

— Извините, — обратилась к нему Втри, — вы не подскажете, здесь есть какой-нибудь постоялый двор или таверна, в которой можно было бы переночевать?

Старичок ничего не ответил и вообще никоим образом не отреагировал на вопрос Рубетиксы. Втри решила, что возраст отбил у старосты слух и собралась покричать ему прямо в ухо, а если и это не поможет поколотить его чем-нибудь по голове, но ее остановил вопрос Шуса:

— А никто не видел этого мелкого? Ну, я имею в виду Кетрин.

— И правда, что-то давно я его не видел, — в тон Шусу произнес Майклус.

Две пары глаз вопросительно уставились на Рубетиксу.

— Я думала, что Кет идет за Шусом, — защищаясь ответила Втри.

Теперь уже на Вонане сосредоточились вопросительные взгляды.

— Я размышлял и не слишком часто оглядывался назад, — ответил Шус. — хотя, если подумать, то последний раз я его видел в поле…