Опускаю глаза, взлетая… Мама дорогая! Камни оживают!.. Ясен пень, вовсе это были не камни, то была чертова сороконожка. Тело у нее — будто бусы из булыжников, и, пока она лежит среди камушков неподвижно, да еще и зигзагом изогнувшись, фиг ее заметишь. Засечь тварь можно, лишь когда она на ножки вскакивает. Ножки у нее длинные-предлинные, с коленками назад, типа как у зеленых кузнечиков.

Короче, я взлетаю, она подскакивает и жвалами ЩЕЛК! Промолчи скафандр, я бы фиг ноги успел подогнуть. Жвалы у нее — два серпа, вылезают из камне-образной башки сантиметров на пятьдесят, честное слово!

«Ядрены пассатижи, как же грамотно тварюга гнусная меня атаковала, — подумал я, поеживаясь. — На кого, вот бы знать, охотится эта прыгучая сволочь в повседневной жизни?..»

— Спокойно, Жаба! — прозвучало в ушах. — Спокойненько посмотри вперед и увидишь объект повседневной охоты сороконожки-попрыгунчика.

Поднимаю глаза… Ни фига себе… У линии горизонта нарисовался птеродактиль! В смысле птеродактилеподобное существо с размахом крыльев больше, чем у земных авиалайнеров. Скафандр на пару секунд увеличил изображение, и я отчетливо увидел, что к подбрюшью монстра прицепилось сразу штук сорок сороконожек.

— Жаба, кончай фонтанировать адреналином! Ты снижаешься! Осторожней!..

Подошвы коснулись на сей раз острой вершины огромной глыбы. Я едва успел самортизировать коленями и все же довольно мягко сел верхом на каменный гребень, по-ковбойски сгорбил спину, уцепился руками за каменную холку.

— Слышь, скафандр, что дальше-то, а? Чудовище крылатое, блин, слишком быстро, черт, приближается. Что делать-то, а?

— Я не могу принимать за тебя решения. Однако обязан сообщить о надвигающемся атмосферном катаклизме, который остановит птеродактилеподобного монстра.

— Ну ты, барометр чертов! Яснее выражайся, чего еще за катаклизьм, мать его в лоб?

— Ураган взрывного типа. Сохраняй спокойствие, Жаба. Игра продолжается. Предлагаю для большей надежности приклеить тебя к опоре. Согласен?