Читал я сегодня хорошо, и отец почти не поправлял мое произношение. После меня мать читала "Чувство и страсть". Эта книга мне кажется скучной, но слушал я внимательно. Ведь неизвестно, в какой момент отец спросит, что значит то или иное слово.

Затем отец читал "Жизни Плутарха". Отдельные страницы в этой книге очень забавные. В конце вечера отец, как всегда, прочитал кусок из Библии, а потом мы все помолились и легли спать.

Едва отец задул лампу, как я задремал, но, услышав тихий голос матери, немедленно проснулся.

- А может, на приисках нам бы жилось лучше, - промолвила она.

- Прииски не для меня, - возразил отец. - Я хочу жить тем, что дает земля, получать урожай из горсти семян... И веры.

- Но если нам все же придется оставить ферму, то?.. - начала мать неуверенно.

- Ферму мы не оставим, - твердо заявил отец.

* * *

Мы с отцом доехали в фургоне торговца мистера Танкера до ворот, с которых и начинается наша ферма. Я снял веревку с вертикальной перекладины и распахнул ворота, а отец еще раз поблагодарил мистера Танкера за газеты, которые он нам привез.

- Извините, что смогли предложить вам лишь такую малость, - сказал под конец отец, глядя на тощенькие мешки и полупустые ящики в фургоне.

Мистер Танкер, натянув вожжи, заметил:

- Теперь-то и вы уяснили, почему эту ферму прозвали "Акрами простаков". Ведь до вас уже две семьи пытались добиться милости от этой земли. Здешние места годятся лишь для шахт и приисков, и больше ни для чего. Тут нет надежного источника воды, вот в чем дело. Вам лучше бы попытать счастья в долине Лас-Ломитас. Там на каждой ферме по два, а то и по три артезианских колодца, да еще и пруд с рыбками в придачу. Не мудрено, что тамошние всякий год снимают добрый урожай. Вот только дорога туда чертовски длинна, и на моем фургоне ее, пожалуй, не осилишь.