С трудом раскрыв глаза, Каталина попыталась сесть в кровати.

Тело неохотно прислушивалось к мнению хозяйки, нещадно сопротивляясь всяким попыткам изменить положение. Словно у нее было время разлеживаться. Пфф!

Лине надо было вставать и немедленно отправляться на работу. Вполне вероятно, что даже времени на ее традиционный завтрак — чашку кофе с сигаретой, уже не было.

Кажется, впервые за последние восемнадцать лет, она спала без снов.

Никаких тебе мертвецов, жаждущих, поделиться последними часами своей жизни, никаких кровавых картин размозженных тел.

Ничего. Только тьма.

И это было чертовски здорово.

Настолько, что у Лины совершенно не хватало упорства все же поднять веки, впуская в сознание реалии будничного утра.

Алек будет смеяться над ней, когда узнает причину опоздания…

Алекс…

Воспоминание о том, как напарник без сознания лежит на мокром асфальте переулка, подействовало на нее эффективней, чем могло бы ведро ледяной воды.

Девушка рывком села в кровати, с недоумением оглядываясь по сторонам.

Она была не в своей квартире.

Черт! Она, даже, не была уверена, что находится в своем городе, если уж на то пошло!

Каменные стены, не имеющие признаков того, что с ними делали хоть что-то в последние веков шесть, не помогли Каталине определиться со своим местоположением.

В комнате не было ничего, абсолютно ничего, кроме кровати, на которой сейчас и сидела Лина, настороженно оглядываясь по сторонам.

Лишь единственное, стрельчатое окно, закрытое ставнями, да деревянная дверь на противоположной от окна стене, вносили разнообразие в унылую серую обстановку.