– Ну-ну, – сказал он, даже не пытаясь приподняться со своего стула. – Это сам глазастый Бойд, слабоумный с Манхэттена, приехавший, чтобы разделить еще одно чудесное приключение с нами, невинными с Западного берега!

– Ты заучивал это приветствие в течение нескольких дней, – сказал я, осторожно садясь на упакованный ящик, который служил здесь стулом для посетителей.

Я прикурил сигарету, и секунд десять мы свирепо пялились друг на друга.

– Ладно, – сказал я наконец, – что за мистификация? Что за макиавеллиевский замысел зреет в твоем дьявольском мозгу?

– Ты о чем-то говоришь? – живо откликнулся он. – Или просто нанизываешь слова, чтобы послушать, как они звучат?

– Мистер Ильмо нанимает меня, чтобы заполучить обратно украденную диадему, – сказал я с нескрываемым подозрением. – Я спросил его, как это он надумал нанять частного сыщика из Нью-Йорка и почему он выбрал именно меня. Потому, был счастлив сообщить он, что меня очень рекомендовал лейтенант Шелл.

Жуткая усмешка исказила лицо лейтенанта, словно кто-то провел по нему бритвой.

– Я буду с тобой откровенен, Бойд, – ответил он почти любезным голосом. – В этом деле мы не добились никакого прогресса, а мистер Ильмо хочет, естественно, заполучить свою диадему обратно. Я и подумал, что самое лучшее для него – это нанять ловкого частного детектива, который может действовать там, где это недоступно полицейскому. Вам нужен, сказал я ему, парень, лишенный угрызений совести, морали и сомнений. Парень, для которого деньги – единственный стимул всей жизни и который сделает ради них что угодно. Короче говоря, ему нужен был Дэнни Бойд.

– Тебе незачем пресмыкаться передо мной со всеми этими изысканными комплиментами, лейтенант, – проворчал я. – Интриган вроде тебя должен иметь более серьезный повод, чтобы вновь встретить меня.