У Такка сжалось сердце. Следующей весной? Значит, его не будет дома и на праздник июля, и на Новый год, или... или даже...

- Не унывайте, ребята! - сердечно сказал Старик Барло. - У меня для вас есть сюрприз по случаю успешного окончания учебы. Айда в "Одноглазую ворону", угощаю всех элем!

Бакканы опять зашумели и на этот раз трижды прокричали: "Ура Старику Барло!" Приободрившись, они зашагали к "Одноглазой вороне", напевая на ходу песенку про веселого варорца.

Эта неделя была для Такка мучительно грустной. Как и многие его товарищи, он прощался со своими близкими, с друзьями, а также со всеми любимыми местами в родной Лесной лощине: с Динглриллом, уже скованным льдом; с конюшнями, в которых стояли резвые пони; с соседским фруктовым садом, откуда он столько раз таскал яблоки; с Кетчетским рынком, где так вкусно пахло хлебом, сыром и копчеными колбасами; с водяной мельницей и мостом через речку, под которым он прикармливал рыбу; с Высоким холмом на Западной дороге, откуда была видна вся Лесная лощина. Такк обошел все эти места, он останавливался около каждого, говорил мысленно "до свидания" и медленно брел по глубокому снегу дальше.

Но тяжелее всего было прощаться с родной норой, с ее маленькими, уютными комнатками, сдобным запахом маминых пирогов и такими знакомыми вещами, на которые раньше он, казалось, даже не обращал внимания. К удивлению мамы, перед отъездом он навел идеальный порядок в своей комнате и без напоминаний отца наколол дров на всю зиму. Каждый вечер они с отцом сидели у камина, покуривая трубку, а мама шила. И они тихонько беседовали о прошлом, настоящем и будущем.

Иногда Такк проводил время с Меррили Хольт и ее родителями, жившими неподалеку, всего через четыре норы от их дома. Меррили и Такк дружили с детства, хотя она была на четыре года его младше.