— …и короче. В бою нет времени произносить три-четыре слога подряд. Некоторые страны из-за этого проигрывали войны.

— Нам ли этого не знать, — она определенно любила пожимать плечами.

— Где тебя так изорудовали, Пат?

Надо быть альбионцем, чтобы вот так спокойно задать когда-то красивой девушке такой вопрос.

— На охоте, — она посмотрела в бокал, но этот сорт вина совершенно не отражал световые лучи.

— Да, конечно. Это след от холодного оружия, — убежденно заявил он.

— Зверь прыгнул на меня, когда я замахивалась. Это был обоюдоострый клинок, — уточнила Патриция.

— Как скажешь. — Хеллборн сделал вид, что ей поверил.

Еще через пятнадцать минут они покинули гостеприимное посольство Транскавказии и вышли в ночь.

— Глупо все это, — заметила она. — Ох и достанется нам завтра от мистера Гренвилля.

— Глупо, — согласился Хеллборн. — Давай я просто отвезу тебя домой.

Пат рассмеялась.

— У тебя и машины нет. Давай лучше я тебя отвезу. Где ты ночуешь?

— В посольстве, в гостевой комнате, — не сразу ответил Хеллборн.

— Вот и замечательно.

Уже за углом она принялась клевать носом, и в этом ничего замечательного не было. Хеллборн едва успел перехватить управление. Потом перетащил ее на заднее сиденье и сам сел за руль.

Шторм-лейтенант воздушной пехоты, командовавший охраной посольства, посмотрел на них с явным неодобрением, но ничего не сказал. Проверил документы и откозырял.

"Парень слишком хорош для своей должности, — подумал Хеллборн. — Надеюсь, все обойдется".

Устроив Патрицию на своей кровати, Хеллборн на секунду задумался. Потом снял с нее ботинки и форменный китель, набросил одеяло. Годится. До утра она все равно не проснется. Постоял еще минуту. Это не алиби, это черт знает что. Но иногда самое простое решение является самым верным. А идеальное алиби без пробелов и недостатков имеют только виновные преступники. Джеймс не собирался выглядеть таковым.