- Только без глупостей, ребята, - тихо, но твердо сказал Стеллер перед посадкой в корабль. - Если он виноват - мы его в любом случае живым не выпустим. У нас на каждого врага пуля или веревка найдется.

- Это точно, - хмыкнул один из морпехов, - в этом вы мастера…

Стеллер не обиделся. На больных не обижаются, а раненый - все равно что больной. Контрразведчику не впервой выслушивать оскорбления окопных героев. Неприятный, но терпимый и неизбежный звуковой фон. Через некоторое время ты просто перестаешь его замечать.

Танкатер мягко загудел и отчалил от берега.

- Хорошая погода, - констатировал водитель. - В два счета доберемся и в лучшем виде! А что, товарищ лейтенант, - водитель решил сменить тему, - здорово мы им врезали?

- Это точно, - Стеллер машинально передразнил сидевшего позади морпеха, - в этом мы мастера…

- А что теперь, на Копенгаген пойдем?

- Это вряд ли. ("С кем поведешься!") Свое мы забрали, а чужого нам не надо. Не будут хансы выеживаться - так мир быстренько подпишем и конец фильмы.

- Нет, на Петроград пойдем, - несколько запоздало подал голос сидящий за водителем данорвежский офицер. Он неплохо говорил по-русски. - И мир подпишем. В Зимнем дворце.

- Возьмите себя в руки, риттмейстер Браге, - полуобернулся к пленнику Стеллер. - Проиграли так проиграли.

- Война еще не закончилась. Она еще и не начиналась даже. Бандиты, террористы, никак от своих замашек не избавитесь. Как азиатские варвары, без официального объявления… - данорвежец изобразил суровое и презрительное выражение лица.

- Вы просто не в курсе, - мягко возразил русский лейтенант. - Наш посол вручил ноту вашему премьеру ровно в 23.00… прямо на новогоднем балу. А наши солдаты высадились в 23.05. На отдельных участках даже в 23.15.

- Я и говорю, типичное азиатское коварство. Самурайская дуэль.