Говоривший пес важно мотнул башкой. Другой из группы подошел и что-то фыркнул ему в ухо. Манхейм нервно следил за ними. Полицейские собаки, невероятно дорогостоящие, приобретались у какого-то внесистемного высокотехнологичного государства и были запрограммированы на лояльность к режиму. До этого полета он их никогда не видел и был потрясен, узнав, что у правительства они есть. Они казались менее всего подходящими для использования на объекте, предназначенном для выполнения такой задачи, как эвакуационный перелет. Затем один из псов, объявивший себя собакой Министерства иностранных дел, объяснил, что среди прочих распоряжений доставил запечатанные рукописные приказы, предназначенные лично для капитана для вскрытия только на корабле.

Обычно такие собаки предназначены для охраны и поисково-спасательных работ, а в этой группе каждая была способна на убийство. Экзотическое эрудированное оружие.

— Вы выполняете свою задачу?

— О чем вы? — Пес номер один посмотрел на капитана.

— А? — Манхейм выпрямился и сердито заявил: — Слушай сюда, это мой корабль! И здесь я отвечаю за всех и за все, и если мне нужно что-то знать, я…

Окружавшие его собаки одновременно приняли стойку. На капитана нацелились морды-пулеметы тысячеметровой дальнобойности. Говорила мидовская собака, остальные, похоже, были полностью в ее подчинении.

— Мы могли бы сказать вам, капитан, но тогда нам потребуется заставить вас молчать. Спекуляция на этом деле не санкционирована военным министерством и считается недружественным действием согласно второму разделу, параграфу четыре-три-один закона «О защите государства». Пожалуйста, подтвердите ваше знание данной декларации.

— Я… — Манхейм сглотнул. — Я понял. Вопросов больше нет.

— Хорошо. — Собака номер два снова присела на подогнутую правую заднюю лапу. — Прочие подразделения группы не осведомлены об этих делах. Они просто собаки тайной полиции. Вам не следует беспокоить их неприятными вопросами. Разговор окончен. Надеюсь, у вас есть корабль для перелета?